Цифровые валюты центральных банков

Центробанки практически всех экономически развитых стран занялись исследованиями в области «цифровых валют». Какие задачи они хотят решить с их помощью, и чем нам всем это грозит?

Обновлено:

Статья написана для Международной научно-практической конференции «Блокчейн технологии – 2021», г. Ижевск, УдГУ, 5-6 февраля 2021г.

Введение

Хайп вокруг криптовалют заставил центробанки присмотреться к этой форме денег как возможному следующему этапу развития технологий денежного обращения. Согласно исследованию Банка международных расчётов, опросившего 66 центральных банков из стран, создающих в сумме 90% мирового ВВП:

  • 53 из них занимаются исследованиями в области цифровых валют,
  • 13 предполагают их запуск в обращение в течение ближайших 5 лет, ещё 13 считают это вероятным,
  • 6 реализуют пилотные проекты,
  • 3 находятся в процессе тестирования.

Не остался в стороне и Банк России, выпустивший 13 октября 2020г консультационный доклад о возможности введения в России новой формы национальный валюты — «цифрового рубля».

Однако сразу стоит заметить, что криптовалюты — это скорее повод решить существующие проблемы денежного обращения, чем идеологическая, или даже технологическая, основа будущей системы. Задачи центральных банков довольно сильно отличаются от тех, что ставят перед собой криптоэнтузиасты.

Основное внимание я уделю именно этим задачам, через которые мы придём к определяющим признакам цифровых валют, а через них — к связанным с внедрением проблемам.

Безналичные деньги и их проблемы

Децентрализованность

Основа современных безналичных денег — это децентрализованность владения и обработки транзакций:

Все деньги учитываются в центральном банке – эмитенте валюты, где открыты счета коммерческих и специальных банков. Эти банки, в свою очередь, открывают счета частным лицам и организациям, в том числе и другим банкам (корреспондентские счета). Денежные переводы идут в «агрегированном» виде: банки накапливают платёжные поручения друг для друга, потом обмениваются разностью входящих и исходящих переводов, через корреспондентские счета или счета в ЦБ.

Точно так же и с иностранными валютами. Доллары на вашем банковском счету в российском банке — это доллары на счету этого банка в американском банке, которые в свою очередь — доллары на счету этого американского банка в другом американском банке, и в конечном итоге — на счету этого банка в одном из резервных банков США.

Такая система возникла как ответ на необходимость ручной обработки множества транзакций и изначально была децентрализованной: переводы шли через цепочки банков-корреспондентов (как это и сейчас имеет место для международных транзакций). Только такая схема позволяет обрабатывать транзакции локально и дёшево: исторически, большинство транзакций происходило внутри одного местного банка или небольшого их числа. С расширением географии транзакций, географии присутствия банков и развития технических средств, централизованная схема расчётов становится более удобной и дешёвой. Тем не менее, возникает она постепенно и строится по старым образцам.

К слову, система владения бездокументарными ценными бумагами построена точно таким же образом:

Сложности при контроле переводов и балансов

Из-за децентрализованной схемы владения, ЦБ не знает, чьи деньги он хранит и переводит, т.к. на счетах банков в ЦБ находятся и их собственные средства, и средства их клиентов, а перемещение денег между счетами или агрегировано, или вообще осуществляется на более низких уровнях системы.

Это порождает следующие проблемы:

  1. Избыточная отчётность и регулирование для банков. Т.к. ЦБ не имеет прямого доступа к достоверной информации о финансовой состоятельности банков, он вынужден изобретать дополнительные нормативы для её контроля и требовать с банков дополнительную отчётность. Однако несовершенство отчётности и возможности по её искажению или прямой подделке делают её и обременительной, и неэффективной.
  2. Возложение на банки «правоохранительных» функций, т.к. только они располагают достоверной информацией о деньгах и транзакциях физлиц и организаций. Однако это порождает и дополнительные издержки для банков, и злоупотребления этими функциями, и просто необоснованное их применение. В то же время, эффективность такого контроля низка т.к. банк в любом случае не имеет информации о всех активах и транзакциях своих клиентов: одним документом о продаже квартиры за 3Мр можно оправдать наличие 30Мр в 10 разных банках.
  3. Трудности с расследованием финансовых преступлений: по каждому конкретному случаю нужно запрашивать все банки и искать в них конкретные платёжные поручения.
  4. Дополнительные риски и снижение доверия к банковской системе. С одной стороны, надёжность банков всё-таки не очень хорошо контролируется. С другой, они могут необоснованно применить к вашим деньгам разного рода ограничительные меры.

Сложности при контроле целевого использования

Безналичные деньги (как и бездокументарные ценные бумаги) анонимны, безличны и легко смешиваются между собой, что не позволяет контролировать их целевое использование.

Наиболее близкий пример этого — УК в ЖКХ, которые получают от жителей платежи за коммунальные ресурсы, но не перечисляют их ресурсоснабжающим организациям. Другой — целевые кредиты и субсидии. В существующих условиях контроль их использования порождает и дорогостоящие бюрократические процедуры, и необоснованные ограничения, и требование кредиторами платы за риск нецелевого использования, что ограничивает возможности экономических агентов пользоваться таким финансированием.

На организованном финансовом рынке это требует проведения расчётов через центрального контрагента, который гарантирует расчёты по сделке (но, тем не менее, может перекладывать часть своих рисков на добросовестных участников). На неорганизованном, внебиржевом, рынке это создаёт как дополнительные риски несостоятельности контрагента как во время заключения сделки по передаче активов, так и в течение всего срока владения для производных инструментов, которые, по идее, не должны таких рисков содержать.

Дополнительные расходы на интеграцию со «смежными системами»

Из-за того, что на безналичные деньги нельзя нанести никакие идентифицирующие признаки, возникают не только проблемы контроля целевого использования, но и дополнительные интеграционные издержки. Так как нельзя автоматически сопоставить денежному потоку встречный поток активов/ресурсов/ценностей, эту задачу мы вынуждены решать большим количеством ручной и полуавтоматической бюрократической работы, часто сопряжённой с человеческими ошибками и злоупотреблениями.

Проблемы макроэкономического регулирования

Поддержание стабильности современной экономики требует постоянного управления количеством денег в обращении. Я подробно останавливался в этом в заметке про инфляцию. Центробанки делают это косвенно, через банковскую систему:

  • изменяя норму обязательных резервов, таким образом регулируя количество денег, «замороженных» внутри банковской системы,
  • изменяя стоимость денег через процентную ставку по кредитам/депозитам ЦБ (ключевую ставку), позволяя банкам «смазывать» дешёвыми кредитами временно застрявшие звенья производственных цепочек, либо изымая у них лишнюю «смазку», выданную ранее,
  • вбрасывая или изымая деньги напрямую, через скупку/распродажу инвестиционных активов (как правило, это государственные облигации и золото, но в последнее время всё шире используются и корпоративные облигации, и даже акции).

При этом уже сами банки определяют, как наилучшим образом распорядиться полученными деньгами, или откуда достать недостающие.

С одной стороны, такая система создаёт «защиту от дурака»: ошибки ЦБ демпфируются банковской системой. Если ЦБ решит увеличить денежную базу сверх необходимого, эти деньги останутся в банковской системе, не провоцируя инфляции. Избыточно жёсткая политика, наоборот, частично компенсируется расходованием банковских резервов.

С другой, при наличии более выгодных для банков альтернатив, крайне тяжело заставить свеженапечатанные деньги пойти именно в реальный сектор. Эта проблема стоит прямо перед нашими глазами: печатные станки работают на полную мощность, но основная масса денег уходит в инвестиционные активы и недвижимость, раздувая их стоимость, а не в реальный сектор (в России это имеет ещё более уродливую форму: из-за, мягко говоря, институциональных ограничений, «лишние» деньги идут даже не в инвестиционные активы, а прямо на закупку иностранных валют). В противоположной ситуации кредитно-потребительского бума, чреватого взрывной инфляцией, ЦБ вновь столкнётся с проблемой, что, при изъятии им избыточных денег из экономики, банки в первую очередь будут продавать инвестиционные активы (ставя этим под угрозу стабильность финансового сектора, в котором значительную часть обеспечения по кредитам составляют именно они), а не сокращать финансирование реального сектора.

Высокая сложность и стоимость организации финансовой системы

Всё это приводит к тому, что организовать нормально функционирующую систему расчётов — это сложно и дорого. Причём тут дороги не денежные переводы сами по себе, на что напирают многие криптоэнтузиасты, которые, видимо, вообще никогда ими не пользовались: на фоне популярных блокчейнов межбанковские переводы мгновенны и бесплатны. Дорога сама инфраструктура обслуживания денежных потоков, которая финансируется не только и не столько комиссиями за транзакции, но комиссиями за прочие банковские услуги, повышением процентов по кредитам, налогами, и самое главное — упущенными возможностями, потерянным временем и дополнительными рисками.

Поэтому для бедных стран той же Африки, организация полноценной финансовой системы «классического» типа оказывается неподъёмно дорогим удовольствием.

Цифровые валюты

Цели внедрения

Самую главную проблему безналичных денег — децентрализованность расчётов — экономисты предлагают решить уже давно, передав расчётные функции от коммерческих банков центральным. Это сразу же:

  • освободит банки от несвойственных им функций контроля активов и транзакций,
  • снизит риски экономических агентов от неадекватных действий банков по реализации этих функций,
  • упростит контроль за транзакциями и повысит его эффективность,
  • повысит прозрачность финансовых институтов,
  • снизит риски экономических агентов, связанных с ведением расчётов и хранением денег в ненадёжных коммерческих организациях,
  • упростит отчётность и регулирование самих банков,
  • освободит ресурсы банков для ведения ими профильной деятельности: привлечения средств и выдачи займов,
  • снизит транзакционные издержки на денежные переводы.

Это достаточно дёшево, реализуемо на текущих технологиях безналичных денег, и многие центробанки движутся в этом направлении. Однако эксперименты на блокчейнах показали, что возможности организации денежного обращения этим не ограничиваются.

В первую очередь, блокчейн позволяет хранить и автоматически прослеживать всю историю транзакций. Это незаменимо, в первую очередь, при расследовании финансовых преступлений и оценке деятельности организаций. Это привлекает больше всего.

Цифровые денежные знаки могут быть индивидуализированы и снабжены указанием на доступные способы использования. Это решает проблемы с контролем целевого использования и, частично, проблемы макроэкономического регулирования: невостребованная часть эмиссии для поддержки реального сектора останется в банковских резервах и не сможет быть потрачена на надувание угрожающего стабильности финансовой системы пузыря в инвестиционных активах.

Также, маркировка денежных знаков/транзакций позволяет автоматически сопоставлять встречные потоки денег и активов и автоматизировать сделки (токенизация прав на активы + смарт-контракты), что снижает риски и транзакционные издержки по ним.

Эти новые возможности приводят к значительному снижению транзакционных издержек в финансовой системе, что расширяет возможности экономических агентов и открывает новые источники экономического роста, однако несут и свои проблемы.

Полная прозрачность экономических агентов

Все данные о всех ваших / вашего предприятия транзакциях будут доступны не только контролирующим органам, но и всем желающим, безотносительно способа реализации новой системы расчётов: единая база — это единая база. Прятать свои деньги от госорганов и мошенников, а свои отношения с контрагентами — от конкурентов, станет очень сложно.

С одной стороны, не очень большая цена за получаемые преимущества, но в репрессивных и коррумпированных режимах это может привести к политической и экономической катастрофе: финансирование оппозиционных и просто неугодных организаций становится практически невозможным, а силовики могут выбирать компании для захвата или просто шантажа так, как мы сейчас выбираем акции и фонды. Причём именно такие режимы имеют больше возможностей для принудительного перевода расчётов в цифровую форму национальной валюты.

Расширение возможностей по нерыночному регулированию экономики, или вообще прямому ручному управлению оной

Введение цифровых валют существенно снижает транзакционные издержки, что увеличивает эффективность рыночной экономики. К сожалению, одновременно они расширяют возможности правительств по превращению рыночной экономики в нерыночную, а также просто усиления центральной бюрократии с дальнейшей деградацией качества управления. Это возможно за счёт (а) выпуска в экономику большого объёма денег с узким целевым назначением, (б) более жёсткого автоматизированного контроля транзакций на предмет соответствия нормативно-правовым актам.

Выход ЦБ на рынок финансовых услуг

Исторически, Центральные банки взаимодействовали исключительно и только с банковской системой. Цифровые валюты предполагают, что центральные банки начинают оказывать финансовые услуги, в виде хранения свободных средств и проведения расчётов, непосредственно организациям и физлицам. Это порождает их конфликт с банковской системой (отток средств с текущих счетов в банках на счета в ЦБ и потеря банками расчётных функций), а также может привести к желанию ЦБ расширить своё присутствие и в других областях банковских услуг, что крайне негативно скажется на конкурентной среде: ЦБ привлекателен своей абсолютной надёжностью, может буквально физически устранять своих конкурентов, и при этом не заинтересован в развитии нишевых финансовых услуг.

Ошибки и непредусмотренные граничные случаи в реализации

Нам уже известно множество случаев, когда огромные деньги терялись в результате ошибок в реализации блокчейнов или смарт-контрактов на них. Можно сказать, что не меньшие деньги теряются на человеческих и программных ошибках и в существующей системе, однако из-за децентрализованности расчётов они более локальны, дешевле исправляются, а найти и привлечь виновников к ответственности — проще.

Стоимость перехода на новую систему расчётов в развитых экономиках

Сложившаяся финансовая система обладает огромной инерцией. В США, например, до сих пор широко распространены расчёты с помощью чеков. Развёртывание новой системы расчётов параллельно со старой потребует значительных расходов, в т.ч. и на их интеграцию. Также возможно и противодействие со стороны банков, у которых отбирают не только часть их функций (а, следовательно, и комиссий), но и часть их финансовых резервов в виде остатков по текущим счетам, которые теперь будут учитываться только на балансе Центрального Банка.

Заключение

Как в развитых странах практически исчезло наличное денежное обращение в пользу более технологичного и более контролируемого безналичного, так и безналичное, скорее всего, в обозримой перспективе исчезнет в пользу «цифрового». К сожалению, оно значительно усиливает роль государства в экономике и, фактически, снижает толерантность финансовой системы к техническим и управленческим ошибкам. Поэтому проектирование цифровых валют — это не только техническая и финансовая, а и важная политическая задача. И недостаточное общественное внимание к этому вопросу — удручает.