Бонус за ребалансировку: случай с биткойном (физмат-этюд)

Пересчитал и пересмотрел мою прежнюю категоричную позицию, что биткойн в портфеле бессмысленен. Формально, положительный эффект присутствует при его доле аж до 20% портфеля. Но всё-таки я не считаю, что рост рисков (в т.ч. не учитываемых моделью) оправдывает получающийся прирост доходности.

Опубликовано:

Находится в:

Ранее Криптовалюты Разбираем экономическую сущность криптовалют и их пригодность в качестве актива в диверсифицированном портфеле. Результаты, как можно догадаться, неутешительные. я заявлял, опираясь на современную портфельную теорию (Не)Математика диверсификации-3: современная теория портфеля Теория портфеля Гарри Марковица, и почему это лишь математическая иллюстрация. Принципы построения портфеля гораздо проще. , что включение крипты в портфель бессмысленно из-за крайне высокой волатильности. Пришло время уточнить теорию и пересмотреть эти утверждения. Те, кто не интересуются выкладками, могут промотать статью до конца, чтобы увидеть итоговый график.

Итак, начнём с базы. В рамках портфельной теории, соотношение долей активов мы выбираем так, чтобы максимизировать ожидаемую доходность при заданном риске, или минимизировать риск при заданной ожидаемой доходности. При этом ожидаемая доходность и риск определяются следующим образом:

где — вес -го актива в портфеле, — логарифм его ожидаемой доходности на горизонте инвестирования (везде далее я буду просто говорить о доходности, подразумевая доходности логарифмические), — СКО этой доходности, — коэффициент корреляции между доходностями. Индекс соответствует величинам для портфеля, а — величина ожидаемого бонуса за ребалансировку.

Как отмечено в предыдущей заметке на портфельную тему Ребалансировка между активами с неопределённой будущей доходностью (физмат-этюд) Ребалансировка должна восприниматься исключительно как механизм контроля рисков портфеля. И этот механизм — не бесплатный. В реальных сценариях оказывается крайне маловероятным, чтобы портфель с ребалансировкой принес бо́льшую доходность, чем без неё. Бесплатных обедов не существует. Другое дело, что, пожертвовав частью «ненужной» доходности, мы можем приобрести значительное снижение волатильности портфеля, и даже получить бо́льшую доходность на целевой уровень его волатильности / неопределённости итоговых результатов. , необходимо отличать СКО долгосрочной доходности от периодической. Здесь Измеряя рыночный риск Проанализировал целых 10 возможных мер рыночного риска, и собрал их в 3 основных его аспекта, которые должны учитываться при определении терпимости к риску и построении оптимального портфеля. можно увидеть, что за счёт длинных трендов и возврата к среднему СКО доходностей, приведённые к годовым, различны на различных интервалах. Для согласованности расчётов, под риском будем понимать неопределённость именно итоговой доходности, а не волатильность «в моменте».

Для простоты, рассматривать будем случай портфеля из двух активов. А бонус за ребалансировку в этом случае мы рассчитали так Бонус за ребалансировку и потери на волатильности (физмат-этюд) Получаем выражение для величины бонуса за ребалансировку, и заодно понимаем, что бонуса как такового не существует, просто нелинейные зависимости — нелинейны. Аналогичное быстро проделываем с «потерями на волатильности», которые и вовсе порождены использованием неправильного представления доходностей. : где — это ожидаемая доходность на интервале ребалансировки.

Но одним из условий там было «если мы не занимаемся криптой». Чтобы корректно учесть дополнительную доходность от ребалансировки с высоковолатильными активами, нужна более точная модель. К выводу коей и приступим.

Как вы помните, бонус за ребалансировку возникает из того, что мы не ребалансируемся непрерывно, а даём долям активов некоторое время дрейфовать, собирая между ребалансировками повышенную доходность более рискованных активов, не сильно жертвуя риском портфеля в целом. Т.е. на единичном интервале мы собираем следующий бонус (разность между доходностью портфеля и взвешенной доходностью его активов):

Обозначив разность доходностей , и вынеся из-под логарифма, получим более краткую запись этого выражения:

Разложим его в ряд Тейлора вокруг : первых четырёх членов нам будет вполне достаточно.

На последовательности интервалов ребалансировки ожидаемый бонус будет равен

Теперь надо вычислить . Распишем их через кумулянты, так будет проще разобраться с перекрёстными зависимостями (а, точнее, их выкинуть):

Здесь

Считая хвосты распределений независимыми (т.е. зависимость между доходностями целиком объясняется корреляцией, и сильное движение одного актива не увеличивает вероятности движения другого, сверх предполагаемого корреляцией), смешанные кумулянты мы можем обнулить: и тогда получим ( — коэффициент асимметрии распределения доходностей, — коэффициент эксцесса)

Предположение о независимости хвостов, конечно, делает наши результаты более оптимистическими, чем должно получаться в реальности, хотя в нашем случае (биткойн против традиционных активов после 2020г) пока недостаточно данных, чтобы об этой зависимости можно было как-то количественно судить.

Теперь подставим всё в (1) и сгруппируем слагаемые: первая группа в точности восстанавливает выражение для бонуса, выведенное ранее; вторая — это поправки, возникающие из членов ряда Тейлора 3-й и 4-й степени; третья — поправки на не-нормальность распределения доходностей (асимметрия и эксцесс).

Расчёты

Теперь построим привычные графики риск-доходность для портфелей акции-биткойн и кэш-биткойн, на сроке инвестирования в 10 и 25 лет с годовыми ребалансировками.

Для акций мы все необходимые параметры можем оценить напрямую (как водится, берём индекс S&P500 как прокси), для биткойна придётся экстраполировать из месячных данных, которых у нас гораздо меньше чем кажется. Как видно из графиков ниже, после «институционального признания» биткойна в 2020г, его поведение достаточно сильно поменялось.

Как и для всякого непроизводительного актива, долгосрочную реальную доходность биткойна будем полагать нулевой. Хотя есть исследование (via Дмитрий Никитенко), что для резервных активов типа золота она может быть чуть выше, но (а) само исследование не выглядит для меня достаточно убедительным, как и (б) резервный характер операций с биткойном в обозримом будущем.

Также, в отличие от акций, для биткойна мы не предполагаем ни возврата к среднему — у его цены отсутствует якорь, к которому она могла бы возвращаться, ни долгосрочной трендовости — здесь у меня не будет экономического объяснения, но её наличие значительно ухудшит результаты этого инструмента в нашей модели из-за соответствующего роста риска. Поэтому долгосрочные волатильности оценим путём простого масштабирования .

Итоговые параметры (для логарифмических реальных доходностей):

Параметр Акции (S&P500) Биткойн Кэш

Данные для биткойна взяты после 2020г, корреляция в этом периоде составила . Доходность акций принята в 4%г, по оценке характерной доходности Измеряя рыночный риск/Волатильность капитала (+ характерная доходность и качество роста) , вместо 6,5%г простой ср.-геом. для S&P500, из-за неустойчивости последней к выбору интервала расчёта.

На графиках ниже каждая точка — +5% биткойна в портфеле, серой линией — портфель из акций и кэша (прямой участок — акции взятые с плечом под реальную ставку в 2%г).

Видим, что, в отличие от моего первоначального заявления, биткойн всё-таки может выступать диверсифицирующим активом в портфеле, при условии, что его динамика будет описываться как минимум случайным блужданием с нулевым матожиданием, и не случится ни резких «перестановок» его цены вниз, ни устойчивого многолетнего обесценения, каковые варианты исключать тоже нельзя.

Но, на самом деле, базовая формула для бонуса за ребалансировку была бы вполне достаточна для наших выводов: вклад дополнительных поправок оказывается невелик.

Акции – биткойн (бонус за ребалансировку в %г)

старая формула поправки 3–4 порядков не-нормальность итог

Кэш – биткойн

старая формула поправки 3–4 порядков не-нормальность итог